влюбленная боксерша

В сентябре на сцене Seine Musicale состоялась премьера музыкального спектакля Артюра Ижлена "Влюбленная женщина-боксер". В главной роли - Мари-Аньес Жило, заслуженная и знаменитая. С ней разогревались, боксовались и танцевали три боксера. Музыкальную часть взяли на себя Николя Репак и Артюр Ижлен.Спектакль полностью можно посмотреть на Arte Concert. И если песни и тексты Ижлена можно слушать и переслушивать, визуальная часть спектакля может показаться довольно спорной.

Summer Nights by Ysvyri

 

Verklärte Nacht

Zwei Menschen gehn durch kahlen, kalten Hain;

der Mond läuft mit, sie schaun hinein.

Der Mond läuft über hohe Eichen,

kein Wölkchen trübt das Himmelslicht,

in das die schwarzen Zacken reichen.

Die Stimme eines Weibes spricht:

Ich trag ein Kind, und nit von dir,

ich geh in Sünde neben dir.

Ich hab mich schwer an mir vergangen;

ich glaubte nicht mehr an ein Glück

und hatte doch ein schwer Verlangen

nach Lebensfrucht, nach Mutterglück

und Pflicht - da hab ich mich erfrecht,

da ließ ich schaudernd mein Geschlecht

von einem fremden Mann umfangen

und hab mich noch dafür gesegnet.

Nun hat das Leben sich gerächt,

nun bin ich dir, o dir begegnet.

Sie geht mit ungelenkem Schritt,

sie schaut empor, der Mond läuft mit;

ihr dunkler Blick ertrinkt in Licht.

Die Stimme eines Mannes spricht:

Das Kind, das du empfangen hast,

sei deiner Seele keine Last,

o sieh, wie klar das Weltall schimmert!

Es ist ein Glanz um Alles her,

du treibst mit mir auf kaltem Meer,

doch eine eigne Wärme flimmert

von dir in mich, von mir in dich;

die wird das fremde Kind verklären,

du wirst es mir, von mir gebären,

du hast den Glanz in mich gebracht,

du hast mich selbst zum Kind gemacht.

Er fasst sie um die starken Hüften,

ihr Atem mischt sich in den Lüften,

zwei Menschen gehn durch hohe, helle Nacht.

стрелок

Звезды над головою, немигающие, неизменны тоже. Миллионы миров и солнц. Головокружительные созвездия, холодное пламя всех первозданных оттенков. Пока он смотрел, лиловый цвет неба потускнел и стал черным. Прочертив в черноте впечатляющую дугу, мелькнул и погас метеор. Пламя бросало в ночь странные тени, пока бес-трава медленно выгорала, обращаясь в новый узор, — не идеограмму, — в простенькое перекрестие линий, навевающее смутный ужас своею непоколебимостью, что отметала любую бессмыслицу. Он сам выписал этот узор, который не был искусным, — только осуществимым. О черном и белом повествовал тот узор. О человеке, который поправил бы перекосившуюся картину в незнакомом гостиничном номере. Костер горел медленным, ровным пламенем, в раскаленной его сердцевине плясали фантомы. Стрелок их не видел. Он спал. Два узора, творчество и ремесло, слились в один. Ветер стонал. Капризные его порывы то и дело хватали дурманящий дым и, кружась, обвевали стрелка. И иногда клубы дыма прикасались к нему. Они творили сны, подобно тому, как едва уловимое раздражение творит жемчужину в ракушке устрицы. Иной раз стрелок стонал вместе с ветром. Но звезды были безучастны к стонам стрелка, как безучастны они к человеческим войнам, распятиям, воскресению из мертвых. И это тоже ему бы понравилось.

сны этс

Сны - очень странные сущности. Странные, потому не подчиняются нашей воле, хотя и являются отражениями наших желаний. Быть может они хотят нам сказать, что мир снов - это мир без воли, без воли к власти и, следовательно, без власти?

Сны - очень странные сущности, когда пытаешься их поймать, они исчезают. Они - подлы и трусливы, поскольку приходят к нам в момент нашей слабости, когда мы не способны дать отпор, приходят, чтобы нашептывать нам восхитительные слова, слишком восхитительные, наши слова: быть может они хотят сказать нам, что счастье вовсе не заключается в нас самих?

Сны - очень странные сущности, потому что они существуют и не существуют. Бывают сны, которые волнуют нас гораздо сильнее, чем события нашей реальной жизни.

Так что же хотят нам сказать эти странные сущности? Быть может они хотят сказать, что являются нашей землей обетованной, но землей обетованной, которая не существует?